В 1974 году мы поехали в крымский курортный город Евпатория, где проходил международный конкурс бальных танцев с участием танцоров ГДР и Польши.

 

Конечно, там были и представители Литвы, Латвии, Эстонии, Белоруссии, России. И, надо признать, что танцоры Украины, которые выступали на своем паркете, выглядели лучше, чем обычно.

И вот в такой сильной компании наша пара заняла третье место. Это был прекрасный стимул для нас. Мы поняли, что год занятий не прошел даром, что мы многое познали в специфике бальных танцев. Это был май, а 12 октября того же года исполнялось 50 лет со дня создания МССР. И по этому поводу на заводе «Счетмаш», где к тому времени я уже год работал инженером, должен был состояться праздничный концерт художественной самодеятельности. Но вся беда состояла в том, что таковая на заводе находилась в зачаточном состоянии: был вокально-инструментальный ансамбль в общежитии, духовой оркестр, который играл на парадах и похоронах. А тут надо целый концерт давать!

Тут меня как танцора и руководителя танцевальной секции пригласили в дирекцию и попросили помочь. «Кодрянка» тогда была еще при школе №36. Но я пригласил ее танцоров. Много умеющих танцевать оказалось и на самом заводе. Особенно это касалось народных танцев. Даже Олег Продан – будущий председатель профкома, с которым мы вместе учились, тоже танцевал.

Готовили концерт быстро за две недели. Мне помогал еще учитель пения Владимир Нежуренко, который вел занятия духового оркестра. Нашелся у нас состав и для тарафа. Тройка - директор завода Филатов, секретарь парткома Покутный, председатель профкома Горась - и решила мою судьбу после успешного проведения концерта: еще год я получал зарплату инженера, но уже полностью посвящал все свое рабочее время руководству художественной самодеятельностью «Счетмаша». Хотя работа инженера у меня получалась, зарплата росла. Даже цехом предлагали руководить. Но совмещать две работы оказалось делом очень сложным.

Вскоре школу №36 закрыли. Большинство моих учеников перешли в школу №56. Решил, что надо заниматься там. Но в этой школе не оказалось актового зала со сценой. В спортивном зале была высокая конкуренция со стороны других видов спорта. Так что временно мы остались без нормального помещения для занятий.

И вот «Кодрянка» перешла на завод, там нам выделили специальное помещение. Были перечислены деньги на костюмы, на ширмы. Правда, помещение это было не совсем удобным, узким, к тому же его использовали для репетиций и музыканты из тарафа, и исполнители народных танцев. Поэтому часть танцоров-»бальников», сильнейшие пары занимались в школе №2, при которой директор Лидия Шутка выделила мне однокомнатную квартиру. Там мы переоборудовали зал своими руками. Деньгами на этот ремонт помог нам завод. Я выступал в качестве прораба. Родители тоже нам помогали. Только один специалист делал сварку и работал на циркулярной пиле. Он был - краснодеревщик. И показывал нам, как укладывается паркет. Стройка эта шла с сентября до февраля месяца. Получился и отличный зал, и комфортабельные раздевалки.

В 1975 году мы опять поехали в Евпаторию. При нашей подготовке мы могли победить, но столкнулись с необъективным судейством. Нашу пару поставили на четвертое место. Зрителей на конкурсе было много, в основном, отдыхающие на курорте. Они были возмущены судейским произволом. Вышел настоящий скандал.

Второй день соревнований не могли начать из-за шума на трибунах. Судьям пришлось изменить свое решение и поставить нашу пару, в которой танцевали Александру Манталуца - Светлана Орлова, на второе место вместо четвертого. Это было справедливо, так как победившая литовская пара была все же сильнее нашей.

Кстати, именно в Литве и Латвии «Кодрянка» участвовала в престижных конкурсах бальных танцев «Янтарное море» и «Янтарная пара».

Благодаря этим конкурсам шел у нас очень быстрый прогресс, так дети из Кишинева не только, танцуя там, занимали призовые места, но видели, как выступают сильнейшие пары Советского Союза.

До 1977 года мы продолжали параллельно заниматься народными танцами. В том году прошел последний для «Кодрянки» фестиваль народных танцев, в котором она участвовала. Те, кто занимался бальными танцами, были более подготовленными в техническом отношении и потому могли совмещать их в одном и том же коллективе художественной самодеятельности и народные танцы, а вот наоборот не получалось. На фестивале в Горьком, опередив многих признанных фаворитов, тех, кто имел более высокие, чем у них квалификационные классы наша пара Александр Манталуца – Марина Паника заняла место намного выше того, какое можно было ожидать, учитывая их рейтинг.

1977 год ознаменовался знаменательным событием в истории молдавского танцевального спорта. Одновременно ко мне и к моим товарищам пришло и понимание того, что пришла пора специализации, что больше нельзя делить свое время между бальными и народными танцами. В 1977 году уже сосредоточились только на бальных танцах, потому что сочетать два вида танцев становилось уже сложно.

В 1978 году мы получили звание народного коллектива. Как и положено, для присвоения этого звания мы создали детскую группу. Теперь в Кишиневе «Кодрянка» всегда была сильнейшей. В 1982 году в Кишиневе проходил республиканский съезд профсоюзов. Для него нам было предложено подготовить несколько танцевальных номеров. В том числе и детский.

Концерт удался. Сделали совместный номер «Я, ты, он, она – вместе целая страна». И в нем состав получился такой: 95% танцующих детей было из «Кодрянки», и только остальные 5% из коллектива фабрики «Стяуа Рошие».

Тогда нашему детскому коллективу присвоили звание образцового как отдельному коллективу, хотя в принципе мы никогда не разделялись.

«Кодрянка» выглядела уже вполне профессионально. У нас занималось много групп. Количество пар перевалило за сотню. С каждой из них мы работали индивидуально. Регулярно участвовали во всесоюзных конкурсах.

При этом мы продолжали настаивать на том, что танцы - это спорт, споря об этом с сотрудниками Дома народного творчества при Министерстве культуры и Дома самодеятельности при профсоюзах.

Среди наиболее ярких звезд «Кодрянки» тех лет – Светлана Орлова, одна из тех танцовщиц, которая первой в нашей республике достигла международного уровня мастерства. Почти десять лет, выступая с разными партнерами, она побеждала своих соперников, поражая арбитров и зрителей особыми изяществом, грациозностью, духовностью танца, умению находить необходимые яркие краски для своего исполнения, обладая при этом незаурядными артистическими способностями и истинной спортивностью. В те времена на соревнованиях можно было услышать из уст ее будущих конкуренток из других республик: «Орлова приехала! Теперь проиграем!» И это утверждение, к сожалению для тех, кто его произносил, ошибочным никогда не бывало.

Сегодня Светлана Трофимовна Климина – директор кишиневского лицея ОРТ имени Б.З.Герцля. И вспоминать о «Кодрянке» ей всегда доставляет большое удовольствие. Вот ее интервью одной из спортивных газет, рассказывающее о том периоде в жизни «Кодрянки»:

- Светлана Трофимовна, как все начиналось в вашей танцевальной карьере?

- Бальными танцами мы стали заниматься всем классом в нашей средней школе №13. Произошло это после одной вечеринки. Девочка у себя на квартире праздновала день рождения. После этого застолья, в ходе которого мы много танцевали, ее мама пришла на родительское собрание и говорит: «Я видела, что наши дети танцуют просто ужасно. Надо нам научить их танцевать. И у меня есть такая возможность. У нас на заводе «Счетмаш» работает Петр Гордеевич Гозун, который руководит кружком бальных танцев «Кодрянка». Это исключительно талантливый и энергичный молодой человек. Давайте попросим его позаниматься с нашими детьми!»

Родителям эта идея очень понравилась. И Гозун согласился. Вскоре Петр Гордеевич вместе со своей молодой женой Светланой Валентиновной, такие сияющие, увлеченные, с искрами в глазах, пришли к нам в школу и организовали занятия.

Мы сразу в них влюбились, и танцами занимались в охотку. Одна беда, девочек в нашем классе было больше мальчиков в два раза. Пришлось «рекрутировать» партнеров из других классов и даже школ.

Прозанимались мы год, все научились прекрасно танцевать, и Гозун посчитал свою задачу выполненной. Из числа занимающихся он пригласил наиболее одаренных ребят тренироваться в «Кодрянку» на постоянной основе.

- И вы попали в их число?

- Вы знаете, поначалу нет. И не потому, что танцевала плохо. К сожалению, глаза у меня были на мокром месте. Чуть какая-то даже самая маленькая неудача – я в плач! А Петр Гордеевич очень не любил плакс.

- И все же в «Кодрянку» вас взяли?

- Упросила. Скрепя сердце, Гозун согласился меня взять с испытательным сроком. Пришлось позабыть про слезы. А испытательный срок продлился у меня без малого десять лет. Когда меня с одноклассниками принимали в «Кодрянку», то мы на счастье разбили тарелку. И каждому досталось по осколочку. И я надписала свой: «В этот день меня приняли в «Кодрянку». Такая вот есть у меня реликвия.

- И вы сразу почувствовали себя членом этого коллектива?

- Помню, уже очень скоро мне поручили в концерте исполнить два танца, не бальных, а народных – молдавский и украинский. Партнером у меня был Андрей Грузин. Все, даже умудренные опытом танцоры из старшей группы, переживали за меня, все подавали советы. Вот тогда я почувствовала на себе этот дух «Кодрянки», то, что клуб - это одна дружная семья. Банальное «один за всех, а все за одного» никогда не было в ней пустым звуком. Мы всегда жили по этому правилу.

Помню, когда мы из помещения на заводе «Счетмаш» перешли в английскую школу №2, нынешний лицей имени А. С. Пушкина, то там надо было перестроить актовый зал под наши нужды.

И мы сами стали строителями: и стенку разбирали, и паркет укладывали. В дорогу, а мы очень много ездили по советской стране, сами заготавливали консервы: делали «закрутки». Платья мы шили вместе. И, конечно, переживали друг за друга во время соревнований. Тогда в Кишиневе у нас был сильный соперник клуб «Альтаир», но мы чаще всего побеждали тамошних танцоров, чему всегда радовались.

«Кодрянка» – это для меня очень большой и очень приятный период жизни, это прекрасная школа жизни. А Петр Гордеевич и Светлана Валентиновна Гозун – это Учителя с большой буквы.

- Когда вы поняли, что танцы – это ваше, что это ваш вид спорта?

- Когда меня пригласили в старшую группу, поскольку многие ее члены покинули «Кодрянку», так как поступили учиться в вузы в другие города. Меня поставили в пару с известным танцором Александром Манталуца. Это был тщеславный в хорошем смысле слова молодой человек. И хотя вся команда, а это были уже взрослые люди - студенты, рабочие – ко мне, школьнице, относилась, как к ребенку, баловала, он мне спуску не давал. И я тоже очень старалась на тренировках. И когда мы вышли в финал турнира «Зимняя фантазия», который проходил в зимнем саду Молодежного центра имени Ю. А. Гагарина в Кишиневе в декабре 1977-го года, то я впервые ощутила себя настоящей спортсменкой, познала тот факт, что танцы – это мое.

Затем три года моим партнером был Игорь Воронянский. С ним я чувствовала особое духовное единство, что отражалось и в наших танцах. Когда же со мной стал танцевать Юрий Браиш, я уже была вполне сложившейся танцовщицей, достигшей международного уровня. И он тоже был уже мастером. Поэтому победы пришли к нам сразу. Вторые места нас уже не очень радовали. А третье место мы вообще считали за поражение.

- Какие турниры запомнились более других?

- Пожалуй, два. Оба были в Литве. В 1984-м году в Вильнюсе прошел большой международный турнир, в котором участвовали не только представители социалистических стран, но и мастера бальных танцев из Италии, Франции, ФРГ. Тогда эта была еще большая редкость. И вот нашу пару пригласили туда танцевать персонально. Дуэт Юрий Браиш – Светлана Орлова – уже был сильнейшим в МССР и в «Кодрянке».

Призерами мы не стали, но высоких судейских оценок получили много. К нам даже подходили такие известные арбитры, а в прошлом великие танцоры, как Томас Петрейкис из Литвы и Станислав Попов из России, и хвалили наши танцы, что было, конечно, очень приятно. А потом мой партнер Юрий Браиш на два года перебрался в Венгрию служить в армии. Там он продолжал танцевать, и вернулся домой хорошо подготовленным. Я же сплоховала: пришлось делать операцию на колене, подвел мениск.

И тут в 1986-м году турнир в Каунасе, как оказалось потом заключительный в моей карьере танцовщицы. И там я превозмогла себя. В программе Standard мы с Юрием были пятыми, то есть танцевали в финале, в латиноамериканских танцах – вторыми. И что самое трудное было для меня, мы стали вторыми с Браишем в так называемой “советской программе”, где в различных польках и рилио было немало прыжков, что было столь невыносимо для моего больного колена. Но побеждать, несмотря не на что меня учит отец. И я благодарна ему за это.

- А как ваш отец, известный спортивный руководитель, в те годы председатель Спорткомитета МССР, Трофим Орлов относился к вашим занятиям танцами?

- Отец всегда считал танцы спортом, и был очень доволен, что я столь серьезно ими занимаюсь в “Кодрянке”. Часто приходил болеть за меня, но только не на латиноамериканскую программу, поскольку платья девушек в ней считал слишком фривольными.

- Мне известно, что в “Кодрянке” вы проявили себя и как тренер. Расскажите и об этой стороне вашей деятельности.

- Действительно, в 1981-м году, когда я училась на первом курсе, Петр Гордеевич предложил мне позаниматься с начинающими малышами. Эту группу я вела четыре года, а потом передала Светлане Валентиновне. Из нее вышли затем известные танцоры, а затем некоторые из них стали тренерами “Кодрянки”.

Мои ученики – Николай Орешкин, Наталья Никитина, Татьяна Игнатьева, Снежанна Ширяева, Анастасия Госало, Светлана Давид. Так что именно в “Кодрянке” я впервые почувствовала себя педагогом.

- Кто, кроме супругов Гозун, оказал на вас влияние как на спортсменку и тренера?

- Это российские специалисты Игорь и Иветта Кондрашовы, которые несколько раз приезжали в “Кодрянку” со своими мастер-классами.

- Вы говорили, Светлана Трофимовна, что “Кодрянка” для вас всегда была дружной семьей. Поддерживаете ли вы отношения со своими бывшими товарищами и подругами сейчас?

- Конечно. И хочу воспользоваться случаем и передать через газету привет всем моим друзьям. Самые близкие из них – это Александр Манталуца, Игорь Воронянский, Юрий Браиш, Ирина и Сергей Брынзарь, Марина и Андрей Грузины, Сергей Яковенко, Ирина Збаразская, Татьяна Савочко, Илья Красильщик, Светлана Буруянэ.

- Помогает ли вам в вашей сегодняшней жизни, то, что вы многие годы занимались спортивными танцами?

- Конечно. У меня сложная ответственная работа. И при этом надо оставаться женщиной. Без моего танцевального прошлого это было бы, наверное, невозможно. Вот так говорит о том времени Светлана Орлова (Климина). В 1986 году в Москве прошел первый всесоюзный конкурс ансамблей бальных танцев.

Таких коллективов, как «Кодрянка», в ту пору в стране было много. Хотя правила еще не устоялись и сильно отличались от принятых в остальном мире, это был уже настоящий Formation, коллективный танец восьми пар со своей хореографией и образностью. Отбор начался еще в Молдове.

Нашу республику мог представлять только один коллектив. Специалистов в бальных танцах в Кишиневе было мало, а потому в жюри были, в основном, артисты балета. Было много жалоб на то, что для республики одного коллектива мало. Но второй коллектив танцевал гораздо слабее нас. Но все же он тоже поехал в Москву. Как удалось ему этого добиться, я не знаю. И теперь для нас было самым главным не ударить лицом в грязь, проиграв соперникам из Молдовы.

В конкурсе были лауреаты, были награжденные дипломами первой, второй и третьей степени. По тому, как коллективы приглашали на парад закрытия, можно было определить, какую награду кто получил.

«Кодрянка» заняла первое место - мы получили первые в своей истории золотые медали, а земляки из другого коллектива расположились где-то на 12-м месте, но все же были отмечены каким-то из дипломов. Мы танцевали сразу три разные программы.

По итогам всех трех программ и были определены три коллектива: «Эврика» (Москва), «Кодрянка» (Кишинев) и представитель Литвы.

Второй фестиваль состоялся в Вильнюсе, где «Кодрянка» заняла первое место в советской танцевальной программе и в программе Latin. Москвичи первенствовали в программе Standard. Поскольку мы выиграли две программы, то уже могли именовать себя первыми чемпионами СССР. Но этот фестиваль проходил под эгидой Министерства культуры, и можно было присуждать по два первых места.

А в 1990 году в Кишиневе состоялся третий фестиваль из этой серии. И «Кодрянка» вновь стала первой. Дело в том, что в 1989 году была создана ассоциация бального танца СССР. Меня избрали вице-президентом этой ассоциации. То есть в перестройку мы доказали, что бальные танцы - это спорт. А ведь борьба против бальных танцев в СССР велась постоянно.

Еще Анатолий Луначарский, заложивший основы большевистской культуры писал: «Я видел танец вальс-бостон и считаю его в высшей степени отвратительным и вредным».

«Музыкой толстых» назвал Максим Горький фокстрот, мелодия которого доносилась из репродуктора в соседнем отеле (дело было в США).

Тогда у нас в стране развернулось интереснейшее движение по обучению бальным танцам.

Педагоги, нередко отсидевшие срок за любовь к фокстроту, вели специальный курс, к ним ходила молодежь - и вот тут-то, наблюдая за массовым интересом к бальным танцам, кто-то спустил сверху директиву: если есть такой интерес, срочно придумать свои бальные танцы.

Так стали появляться на свет «сударушка» и «русский лирический», «елочка» и «кукареку», «пингвин» и даже «террикон» (что общего с земельными отвалами вокруг шахт и движениями танца - трудно сказать). Гэдээровский «липси» и финская «летка-енка» «освежали» общее впечатление от массированного удара патриотической хореографии. Но танцевалось с трудом.

Затем параллельно в том же 1989 году нашу ассоциацию приняли в международную федерацию WDSF, на Западе всегда танцы считали спортом. И Советский Союз неоднократно приглашался в эту федерацию. Но и наследница Луначарского Екатерина Фурцева называла бальные танцы буржуазными и с возмущением отказывалась от такой перспективы.

Чемпионат СССР проводился и среди отдельных пар. Лучшая пара «Кодрянки» была пара Браиша, которая была четвертой в программе Latin, шестой в программе «10 танцев», одиннадцатой в программе Standard.

При той системе всегда первое, второе, третье место занимала Москва, куда забирали для этого лучшие пары из республик. Мы еще занимались программой Latin. Это потом уклон в наших занятиях будет сделать в сторону программы Standard. И возникла опасность, что нашу лучшую пару заберут в Москву. Каждый год мы проводили сборы в Карпатах, это было в августе. На эти сборы приезжали и педагоги из Литвы. Один из них – Томас Петрайтис - был главным инженером одного из ведущих заводов в Вильнюсе. Все эти годы мы дружили и готовили совместно пары именно в качестве спортсменов.

В 1991 году состоялся первый чемпионат СССР в Кишиневе по Formation Latin и после этого распался Советский Союз.

“Кодрянка” заняла в нем первое место. Так началось наше продвижение вверх именно в этой номинации - Formation.

Объявление о наборе

Заслуженный коллектив Республики Молдова
Многократный Чемпион Мира  и Европы  по спортивным  танцам


Танцевально-Спортивный  Клуб

“ КОДРЯНКА”

проводит  набор  танцоров   в  группы спортивных танцев и группы современных танцев  по  возрастам:

5–7 лет,   8–14 лет ,   15– 20 лет,  старше 20 лет

Занятия  проводятся  в  Центре  и  на  Ботанике .

 

Запись проводится ежедневно с 27 августа по 5 сентября с 17.00 до 19.00


По адресу : ул. И. Крянгэ, 1/2  за Педагогическим Университетом

 

Справки  по  тел.:

22 97 35,   22 97 37,  24 13 10